пятница, 23 октября 2015 г.

Река

«Из далека долго, течет река…» Не умею я реку фотографировать. Да и восхищения перед ней нет. Много воды6 летом – мокрой, зимой – скользкой. Река со времени детства воспринимается только, как работа. Родственники, родители, соседи – все назывались речниками. Навигация, теплоход, «зачистка» (консервация теплохода на зимнюю стоянку), судоремонт, вахта – естественные слова, в смысл которых не нужно было вникать. Как хлеб или молоко, с ними просто – живешь. В детстве, очутившись в другом городе, где нет Реки, очень удивлялась, что люди меня не понимают. На самом деле, что странного могло быть в моих рассказах? Без малейшего обмана говорила, что родители работают на судне, а от нашего дома до города мы ездим на ракете.

Речная рыба – это тоже с детства знакомая, обычная еда. Как-то зашла к своим «не речным» подружкам, а они сидят с купленной мелкой рыбкой и не знают, что с ней делать. Дала «мастер-класс», съев за 10 минут половину пакета. Что сложного: голову отщипнула, брюшко почистила, все съедобное – в рот. На тарелке остается только красивый рыбий скелет с хвостиком.

В голодные 90-е нас кормила Река. В ней в изобилии появились лещи, лини, сорожки и «царская» стерлядь. В те годы даже в окончательно обмелевшей речке-вонючке, которая текла прямо за домом, странным образом завелись невиданные до той поры ротаны. Дети их ловили самодельными удочками, притаскивая полные ведра с «головастиками». Уродцев чистили, брезгливо морщась, прокручивали оставшиеся хвосты в мясорубку и лепили котлеты. Обеденное меню было одно на все прибрежные улицы – уха и картофельное пюре с котлетами из ротанов.

Метровые осетры  давным-давно куда-то уплыли. Вместе со своей черной икрой, которой мучили меня все детство. Стерлядь осталась в 90-х годах. До нового века добрались лещи и щуки. Запеченный с кашей лещ теперь популярное летнее блюдо. Верный признак поздней осени – большие «фигуристые» щуки, для заливного и котлет. Весна придет с первой ухой из рыбной мелочи (ерши, сорожки, окуни) и зелени.

Река рядом, со своими рабочими берегами. Никаких цивилизованных пляжей и набережных для прогулок. Одна более-менее удобная улица, до которой идти, как «до Америки», км 4, не меньше. Лет 10 назад здесь построили дачи шустрые москвичи, для которых 500 км – это практически «дома». Тогда новые строения поражали воображение провинциалов. Сейчас дачи «присели» и не впечатляют размерами (с тех пор местные жители настроили домов намного выше и больше, порою напоминающие мини-заводы). Поражают до сих пор, пожалуй, только удивительным безвкусием. Витринные голые окна (безупречно чистые!), странные балконы, фонарики «под старину» и внушительные заборы (вроде крепостных стен). «Дачники» наши наверняка с тех пор обзавелись виллами на заморских берегах, «к корням» заглядывают редко. Несколько раз за лето можно видеть какого-нибудь лихого паренька на катере или водном мотоцикле, демонстрирующего собственную «крутость».







Не река, но тоже имеет отношение к воде - раньше служила водонапорной башней. 




6 комментариев:

  1. В моем детском представлении каждый город с историей обязательно должен иметь хоть какую-то речку с мостами (не все же реки - Волга) и кремль.

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. У каждого своя "река детства". Огромная и глубокая, не зависимо от фактического размера. Каждая река, в той или иной степени подчиняет себе жизнь людей, проживающих на ее берегах.

      Удалить
  2. Река всегда была основой для расселения людей. Нет реки, нет жизни...
    Очень красивая башня у вас. Готическая.

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. И вся жизнь в ритме реки. Смену времен года и погоду тоже она, река, диктует. Даже летние грозы строго с вдоль реки, через нее - никогда.

      Удалить
  3. А для меня река-это экзотика! А степь и ковыль, и шампиньоны, которые растут при дороге, просто едешь на машине, увидел грибы, остановился, собрал и т.д. Это моё детство!

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Я помню твои рассказы про ковыль! Для меня стало откровением, что трава эта обычного серо-белого цвета. Видела в продаже только ветки ярких расцветок и считала, что он именно такой в степи. Вообще степь до сих пор только по тем твоим давним рассказам представляю.

      Удалить