суббота, 31 октября 2015 г.

Для настроения

Селедка под шубой, банка с солеными огурчиками на столе – предчувствие Нового года. Хотя старый год еще донашивать. По длинной дороге через ноябрьские дожди, утренние сумерки и повседневность будничных дел.

Цветочки-листочки далеко. Деды морозы со снеговиками – все ближе. Взялась расписывать старые, потертые долгой своей жизнью, елочные шарики. Краски самые простые (акрил и гуашь), приемы – еще проще. В общем – размахнись рука и куда как попало, так и будет. Поверхность потом обычным мебельным лаком помазала. Просто - настроение.









Вечер лепила пуговки. Большинство задумывались, как детские игрушки - куклы, машины, мишки. Для масштаба положила монетку. В первый раз сама запекала пластику. Волнительный процесс. Хотя, как оказалось, очень не затейливый. 


среда, 28 октября 2015 г.

Мишки

Круглосуточный дождь съедает остатки снега. Опять октябрь, поздняя не интересная осень. Пироги да щи из квашеной капусты немного разнообразят вкусовое бытие будней. А потом с чашкой чая прижаться к подушкам, с муками выбора: почитать «детективу» или, без затей, подремать под шелест дождя за окном.

Вторая пара мишек готова.

Мишаня. В своей первой жизни был цыпленком. Дети цыпу отыграли по мало приличного состояния. Оторвав клюв и вытащив половину набивки, принесли ко мне «лечить». Реанимировать птичку смысла не было. Распорола, постирала, расчесала, раскроила заново. Цыпленок «родился» заново медведем.



Потапыч. Явно «родственник» мишки из мультфильма про Машу и медведя. Бархатный и теплый. У меня ощущение, что лето красное пропел, оглянуться не успел, а кругом белым-бело. О зимней квартире не побеспокоился. Теперь удивляется: куда вся трава-мурава подевалась?





Шляпа у Потапыча из не отбеленного льна, на ней кружевные цветы связанные крючком, из очень тонких ниток для шитья.

понедельник, 26 октября 2015 г.

Снежные ангелы

Вот так утром проснешься, штору откинешь, а там «показывают» фильм «про зиму». Как в зарубежных новогодних картинах, где белым-бело и люди выбегают из домов в свитерах, подставляя ладони под снежные хлопья.




Благостно полюбоваться этой идиллией из окна или погулять в своем дворике, заблаговременно почищенном заботливыми родственниками. И лучше не выглядывать за ворота, где грязные колеи от пробивающихся «на волю» машин. В очередной раз можно порадоваться, что мне туда, «на свободу» - не надо. Вполне достаточно того, что рядом - этих деревьев в снегу, тишины и серого неба, которое совершенно «в тон» пейзажу.

Нынче меня «торкнуло»   на медведей. Шью их и шью, трудно остановиться. Получаются они у меня суровые, без малейшего «ми-ми-ми». Конкретные звери, с одного взгляда на которых ясно: свою тайгу никому не отдадут. И даже кружевные платьица с вышитыми воротничками никого не введут в заблуждение. Ни малейших иллюзий на их счет нет. Я честно хотела умильные мордочки и ласковые глазки, но – не получились.

Первая пара «снежных ангелов» по выкройкам 20-50 –х годов. Из полувекового плюша.


 «Мадама» в кружевном платье из длинноворсового плюша. В 70-х мать по случаю купила жуткое количество метров этой модной ткани. Нашила в дом тяжелые шторы для окон и дверей, а так же скатерти с салфетками на всю имеющуюся мебель. Дом моего детства запомнился розово-оранжевым, уютным и пушистым. Подушечки лап из натуральной замши. Я зачем-то с мазохистским рвением колола себе пальцы, но остановиться не могла. Черный нос и темные лапки мишка Маша выбрала себе сама.




Подозреваю, что вот этот мишка из куска бывшего популярного ковра, с оленями. Чья бабушка не имела в доме подобного украшения? Утащила у соседей, которые собирались выбросить «благородные» останки.



пятница, 23 октября 2015 г.

Река

«Из далека долго, течет река…» Не умею я реку фотографировать. Да и восхищения перед ней нет. Много воды6 летом – мокрой, зимой – скользкой. Река со времени детства воспринимается только, как работа. Родственники, родители, соседи – все назывались речниками. Навигация, теплоход, «зачистка» (консервация теплохода на зимнюю стоянку), судоремонт, вахта – естественные слова, в смысл которых не нужно было вникать. Как хлеб или молоко, с ними просто – живешь. В детстве, очутившись в другом городе, где нет Реки, очень удивлялась, что люди меня не понимают. На самом деле, что странного могло быть в моих рассказах? Без малейшего обмана говорила, что родители работают на судне, а от нашего дома до города мы ездим на ракете.

Речная рыба – это тоже с детства знакомая, обычная еда. Как-то зашла к своим «не речным» подружкам, а они сидят с купленной мелкой рыбкой и не знают, что с ней делать. Дала «мастер-класс», съев за 10 минут половину пакета. Что сложного: голову отщипнула, брюшко почистила, все съедобное – в рот. На тарелке остается только красивый рыбий скелет с хвостиком.

В голодные 90-е нас кормила Река. В ней в изобилии появились лещи, лини, сорожки и «царская» стерлядь. В те годы даже в окончательно обмелевшей речке-вонючке, которая текла прямо за домом, странным образом завелись невиданные до той поры ротаны. Дети их ловили самодельными удочками, притаскивая полные ведра с «головастиками». Уродцев чистили, брезгливо морщась, прокручивали оставшиеся хвосты в мясорубку и лепили котлеты. Обеденное меню было одно на все прибрежные улицы – уха и картофельное пюре с котлетами из ротанов.

Метровые осетры  давным-давно куда-то уплыли. Вместе со своей черной икрой, которой мучили меня все детство. Стерлядь осталась в 90-х годах. До нового века добрались лещи и щуки. Запеченный с кашей лещ теперь популярное летнее блюдо. Верный признак поздней осени – большие «фигуристые» щуки, для заливного и котлет. Весна придет с первой ухой из рыбной мелочи (ерши, сорожки, окуни) и зелени.

Река рядом, со своими рабочими берегами. Никаких цивилизованных пляжей и набережных для прогулок. Одна более-менее удобная улица, до которой идти, как «до Америки», км 4, не меньше. Лет 10 назад здесь построили дачи шустрые москвичи, для которых 500 км – это практически «дома». Тогда новые строения поражали воображение провинциалов. Сейчас дачи «присели» и не впечатляют размерами (с тех пор местные жители настроили домов намного выше и больше, порою напоминающие мини-заводы). Поражают до сих пор, пожалуй, только удивительным безвкусием. Витринные голые окна (безупречно чистые!), странные балконы, фонарики «под старину» и внушительные заборы (вроде крепостных стен). «Дачники» наши наверняка с тех пор обзавелись виллами на заморских берегах, «к корням» заглядывают редко. Несколько раз за лето можно видеть какого-нибудь лихого паренька на катере или водном мотоцикле, демонстрирующего собственную «крутость».







Не река, но тоже имеет отношение к воде - раньше служила водонапорной башней. 




четверг, 22 октября 2015 г.

Прогулка

Мороз и солнце. День прозрачный, тихий. Безобидный. Направо, налево, прямо…Только редкие прохожие – мимо. Да уносящиеся к югу черные стаи птиц где-то далеко-далеко.

Повернешь голову, и вдруг привидится апрель. А через пару метров оглянешься и видишь, что нет, октябрь. Как всегда, первый и последний, единственный. Такой, как есть – с бодрящим морозом и теплым солнцем, зеленью и золотом оставшейся листвы.

Не хочется ни прошлого лета, ни будущей зимы. Задержаться бы в этом «сегодня», в тишине и безвременье. В ожидании только следующей минуты, похожей на предыдущую. 













суббота, 17 октября 2015 г.

Между прочим

От прошедшего лета осталось чувство «недосказанности». Чего-то в нем не хватило для полноты ощущений. В осени та же постоянная нотка неудовлетворенности. Что-то идет не так, как хотелось бы. Постоянно больше или меньше той непонятной «нормы», которую никто не знает, но мечтает о ней постоянно. Порою, к вечеру, глядя на деревья в поредевшей листве, но еще зеленой листве, вспоминается апрель. Правда, холодный ветерок быстро сдувает это наваждение.

Ранние утра, поздние вечера, дни в повседневной суете. Сладкая дрема где-нибудь на солнышке, по соседству с шумной стаей воробьев и треньканье синичек.

На «полуслове» оставленная вышивка, не одетые кукольные «гуманоиды» в ожидании своего «очеловечивания». Лещ под маринадом готовится стать нашим обедом и ждет, когда ему освободят место на «пляже» кексы с ванилью. Вот и они, готовы к чаепитию. Рядом с букетиком последних хризантем. Осенний дом с запахами пирогов, квашеной капусты, ванили, корицы, яблоками. Жаркий наш дом, в предвкушении безмерной зимней лени.





Если свои яблоки не уродились, то их, конечно, очень хочется. Весь сентябрь покупала у окрестных бабушек бардовый «анис», полосатую «штрефенку» и желто-зеленую «антоновку».

Вышивала с огромным удовольствием тоже яблоки. Подруга купила набор от фирмы «Нескучное рукоделие», соблазнившись «вкусной» палитрой ниток. 

Покрутили пакет в магазине, примерили, прикрыв листами из блокнота и платками в поиске лучшей композиции. Решили, что все хорошо, кроме корзины. Корзину я вызвалась убрать. Однако, посмотрев кривую канву размером с простыню и прикинув готовый размер, стало ясно. Что дело не в одной корзине. Даже на самой мелкой канве вышивка казалась огромной. Яблоки-то почти в натуральную величину, не в каждую ладонь уберутся!




В общем, оставила я из всей схемы только два самых красивых яблока и оформила их в скромную деревянную раму из своих хомячьих запасов.