понедельник, 31 октября 2011 г.

Мгновения осени

Закончен осенний пейзаж от Риолиса. Про "кашу" из крестиков на "шестерке", в 2 нити шерсти, уже писала. Экзамен на терпение - сдала! Однако, еще один сюрприз дизайнера ждал меня впереди, собираясь паковать вышивку в рамку, обнаружила, что размеры не соответствуют заявленным на 1,5 см. Час я еще пыталась потянуть, подрезать, пока не призналась себе, что единственный выход - продолжить "осень", и добавить хотя бы 4 вертикальных ряда, потому что по длине растянуть вышивку не удалось ни на мм. Придерживаться схемы смысла не было, поэтому накидала крестиков по вдохновению.

Результатом довольна! Пейзажик, вроде бы, скромный, небольшой, а хочется - смотреть. И в который уже раз, хочется посоветовать Риолису сменить фотографов! Если б мне этот пейзаж не подарили, то по фото я не купила бы его НИКОГДА! И не наслаждалась бы сейчас этой маленькой прелестью... Кстати, еще один плюс дизайна - укомплектован ТОЛЬКО  шерстью.

Рамочку тонировала акрилом. Сверху прошлась бронзовым порошком. В скраповых блогах часто мелькает упоминание о некой золотой пудре... У нас все просто - баночки бронзового и серебряного порошка , из далекого - далеко, времен Завода. Был большой Завод, на котором делали большие корабли. По утрам он будил жителей долгим гудком, такой же гудок обозначал время обеда и вечер. Время делилось на "до гудка" и "после гудка", а жизнь крутилась вокруг Завода. Остатками от кораблей жители красили дома (в голубой и красный цвета), делали заборы и всякие нужные в хозяйстве мелочи. В скупые "застойные" времена, Завод еще и одевал своих жителей, почти все носили носки и кофточки связанные из распущенного сукна, шили летние наряды из кусков, оставшихся от пошива чехлов и штор для кораблей. Я себе тоже сшила блузку из шторного персикового шелка, а вышила ее капроном из распущенной веревки... На фоне постоянного "дифсита" мою блузочку можно было с успехом выгуливать по всей бескрайней родине! Кроме НАСУЩНОГО, жители творили на Заводе красоту, так, как ее понимали. Полированные до блеска сучья висели в каждом доме, исполняя "роль" оленьих рогов, а в сервантах, рядом с продукцией другого не менее нужного завода (Стекольного) непременно хранили произведение "одного мужика" - пенек с миниатюрной пилой и трогательной надписью: будь женой-не будь пилой. В каждом доме хранились ведерки с бронзовым и серебряным порошком. Что с ним делали на заводе, не знаю, а вот в домашнем обиходе его разводили с лаком, добавляли в краску, и красили оградки на кладбище, заборы, трубы и все-все, что ХОТЕЛОСЬ "облагородить" (в комбинации с другим ассортиментом, голубым и красным, смотрелось очень оптимистично и "богато").

Две осенние открыточки. На просторах инета поймала идею текстильных открыток с настоящими листьями. Суть в том, что берется плотная основа, листья, прозрачная органза, и все простегивается. В представленных образцах не понравилось, что от листьев сохраняется только контуры. Мне хотелось, чтобы листья и цветы было было видно. Основа - бумага для пастели серо-голубого цвета, Листья, цветы, лепестки, органза. Такой вот, осенний "гербарий".









Октябрь перетекает в ноябрь. Но еще радуют кусты хризантем в палисадниках, в траве мелькают искорки опавших листьев, на лужайках заросли физалиса приглашают полюбоваться своими спелыми фонариками.

 
Перламутровые дни плавно заканчиваются синими сумерками, а я могу полюбоваться любимым сочетанием  силуэтов на сине-красном фоне...

четверг, 20 октября 2011 г.

Цветы запоздалые

В детстве, в каникулы, когда все библиотечные запасы были прочитаны, из соседских закромов извлекли дореволюционное издание Писемского "Цветы запоздалые". С пожелтевшими страницами, плотным "мраморным" переплетом, специфическим запахом времени.

С чтением вот только не получилось, даже при остром книжном голоде, я засыпала на десятой странице. Так и осталась с впечатлением, что сюжет этого романа пересказал Чехов в своем рассказе "Драма" :  лакей и горничная, убирая роскошную гостиную, длинно говорили о барышне Анне Сергеевне, которая построила в селе школу и больницу. Горничная, когда лакей вышел, произнесла монолог о том, что ученье — свет, а неученье — тьма; потом лакей сказал длинный монолог о барине-генерале, который не терпит убеждений дочери, собирается выдать ее за богатого камер-юнкера и находит, что спасение народа заключается в круглом невежестве. Затем, когда прислуга вышла, явилась сама барышня и заявила зрителю, что она не спала всю ночь и думала о Валентине Ивановиче, сыне бедного учителя, безвозмездно помогающем своему больному отцу. Валентин прошел все науки, но не верует ни в дружбу, ни в любовь, не знает цели в жизни и жаждет смерти, а потому ей, барышне, нужно спасти его...

Но только каждый год, в конце октября, я вспоминаю эту нечитанную повесть, запах ее страниц, глядя на кусты  хризантем, последних одуванчиков и растрепанных ромашек, среди осенних листьев.





Тороплюсь оставить "золотую осень" себе на память. Дизайн Риолиса. Мелкая канва, масса одиночных крестиков, и первоначальное желание бросить вышивку немедленно. Но с каждым крестиком хочется продолжения, а насколько цветовая палитра соответствует сюжету можно видеть по осенним листьям.








понедельник, 17 октября 2011 г.

Под лаской плюшевого пледа

Дождливое утро, диск с записью чтения Аллой Демидовой поэзии серебряного века - и наконец-то сшита подушка, вышитая еще в сентябре. Набор Риолиса, ностальгически прелестный в своей простоте. Сразу вспоминаются старые вышивки мамы и тетушек, крупным крестиком, разложенные на массивных буфетах, в самодельных рамочках развешанные на стенах.



Подушечку в уголок дивана, чашку чая, теплую шаль на плечи, и глядя в окно легко "вчерашний вызываю сон...". А за окном - октябрь раздевает деревья, дождь смывает яркие краски, готовя мир к белому листу зимы.









пятница, 14 октября 2011 г.

Лучше гор

Лучше гор, как оказалось, для околдованной высотой души, могут быть только деревья. Никогда не задумывалась, чем занимаются альпинисты между покорением вершин. Теперь знаю, что по крайней мере один из них - рубит деревья. Совмещает тренировку, хобби и работу!







Потом, запаковывая вещи в рюкзак, едва ли не с меня ростом, убирая в него "орудия пыток" для ног, с жуткими шипами, пояснил, что это всего лишь для "легкой прогулки" по льду, а вот если НАСТОЯЩИЕ, по полтора кг на ногу...Моя впечатлительная натура не смогла даже представить  ТАКУЮ легкую прогулку! Для успокоения нервов пошла шить куклу. Что еще остается делать маленькой слабой женщине после столь нервного зрелища? Подозреваю, что кукла покорена своим Альпинистом, который умчался в поиске новых  вершин и деревьев, оставив ее - ЖДАТЬ.